Изольда Корнеевна попросила невестку Тоню прописать её на даче. Но за просьбой скрывался план: женщина рассчитывала получить долю в доме, а затем передать её младшему сыну Тимуру. Для Тони дача была не просто недвижимостью — дом достался ей от бабушки и оставался единственным личным уголком.
Вместо прописки — договор
Тоня, много лет работавшая с документами, отказалась давать согласие. Она опасалась, что семейная договорённость обернётся долгими спорами и судом. Вместо этого женщина предложила свекрови провести лето на даче по договору аренды за один рубль в месяц. В документе указала срок проживания и условие: пока договор соблюдается, выселять Изольду Корнеевну до октября нельзя.
Свекровь восприняла предложение как оскорбление. Она пришла к Тоне на работу и потребовала оформить регистрацию, но та спокойно объяснила: решение принимает собственница дома. Договор женщина забрала, однако подписывать его не стала. Позже она попросила у сына ключи от дачи. Тоня сменила замок и оставила запасной ключ у себя — боялась, что без чётких условий в доме появятся вещи свекрови, а вернуть прежний порядок будет трудно.
Помидоры вместо ссоры
Юра разрывался между матерью и женой, но в конце концов отказался везти Изольду Корнеевну на дачу без договора. Спустя несколько дней свекровь сама приехала туда с сыном. В багажнике они привезли три ящика рассады редких помидоров, которые женщина вырастила для теплицы Тони.
На веранде Изольда Корнеевна достала договор. Она уже поставила подпись и дописала два условия: не трогать её помидоры и обеспечить полив. Тоня подписала документ, уточнив, что воду можно брать из колодца. Свекровь заплатила рубль за первый месяц и спросила, правда ли её не выселят до октября. Получив подтверждение, она приняла ключ.
Так спор о прописке закончился соглашением: грядки на лето достались свекрови, а дом остался собственностью Тони. Помидорную рассаду они вместе отнесли в теплицу.